• СПБ РОО АНКА "АНЦ-АРМЕНИЯ

Айк Никиян (ученик 8 класса). Блокада Еревана


Ученик средней школы №259 им.М.Т. Лорис-Меликова (Санкт-Петербург) Айк Никиян в июне 2022 г. был награждён Грамотой "За II место" в IX Всероссийском Конкурсе художественных сочинений и эссе на тему «Родина: моя многострадальная, моя славная!».


Руководитель - Светлана Сергеевна Бердникова.


Ссылки на работы других отмеченных на Конкурсе - https://www.armspb.org/post/24-6-2022-konkurs



Сайт Армянской национально-культурной автономии Петербурга публикует материалы о Конкурсе с целью подробного информирования в общине и читателей в Армении.


 

Рассказ мамы «Блокада Еревана»


Айк Сергеевич Никиян

14 лет, 8 класс

Педагог Светлана Сергеевна Бердникова



Здравствуйте, я Никиян Айк, продолжаю свой рассказ о нашей семье.


В книге «Моя родословная», которую написал мой дед Николай Гагикович Никиян,  посвященной его родителям – Татьяне Николаевне Мелик-Бегляровой и Гагику Александровичу Никияну, сказано, что  прадед мой Гагик Александрович умер в 1982 году, а  прабабушка Татьяна Николаевна жила со своими детьми  10 лет.


Знакомясь с жизнью прабабушки, в родословной я прочитал: “…стоял декабрь 1991 года,  в зданиях не работало отопление, и практически не было электричества, были трудности с хлебом, не было в продаже керосинок, керосиновых ламп и керосина”. В начале лета 1992 года слабое здоровье Татьяны Николаевны ухудшилась, и она умерла на руках моего деда. Я стал расспрашивать маму о не понятном для меня периоде Армении. Все что написано в нашей родословной, это ведь блокада Ленинграда в 1941 году, а в 1991 году моя мама училась в школе…


Я попросил маму рассказать мне о ее детстве. Рассказывая, мама показывала фотографии с разных сайтов интернета, так как тех годов фотографий у нее почти нет, а все что есть – остались в Армении. 


«В 90-ых годах 20 века Армения оказалась в блокаде - летом 1991 года в страну перестал поступать природный газ, была остановлена атомная электростанция, поставки продовольствия из-за рубежа осуществлялись с перебоями. С января 1992 года в Армении начались ежедневные «веерные отключения» электричества. До сих пор в народе те холодные 90-ые в Ереване называют «Темные годы». В истории Армении были разные эпохи, но одна из них стоит особняком. Несмотря на недолгую по историческим меркам продолжительность — 3-4 года, она оставила настолько глубокий след, что жизнь сразу несколько поколений армян оказалась разделенной на «до» и «после»[1].


Годы с 1992-го по 1995-й называют по-разному — «голодные», «холодные», «плохие». Но самое распространенное и всеобъемлющее название — «темные».


С общественным транспортом были проблемы. Вот на нижней фотографии видно как они ездили. Троллейбусы, трамваи и метро в большинстве случаев были остановлены – не было электричества. Вся надежда была на автобусы. В те годы даже шутили, что подходят к автобусу и спрашивают:


- Есть место для одной ноги повисеть у двери автобуса? размер 40-ой?


- Нет, дорогой, только место на размер 36-ой.



Мама рассказывала, был период, когда и вовсе транспорта не было. Часто ходили пешком. Маме приходилось каждое утро 40 минут ходить до школы и зимой тоже, а уроки начинались в 8.30.


В те годы в Армении во всех  домах и школах появились дровяные или масляные печи. Свечи были уже не атрибутом романтики, а необходимостью. Маме с дядей по вечерам выделяли 1-1,5 свечки на двоих, и они должны были успеть за этот промежуток времени подготовить домашние задания. Свечки были не качественные и быстро сгорали. Поэтому в учебном режиме  семьи появилось правило: «после школы быстро домой и делать д/з пока светло, нужно экономить свечки». Зимой и в школе, и дома было холодно, одевались тепло. Часто шутили, что люди как капуста надевают несколько слоев одежды.


Мама с улыбкой вспоминает, что по вечерам, в целях экономии и развлечения соседи собирались по очереди друг у друга в гостях. Веерные отключения света очень быстро превратились в веерные выключения. Свет в сутки включали на час-полтора, а зачастую и вовсе его не было. С понятием «веерные отключения» в Ереване познакомились в смутное время и вначале не представляли себе, насколько оно объемно. Сначала отключали на 6-8 часов в сутки, потом — на 10-12, а вскоре и на все 24. Обычно на таких вечерних посиделках любили играть в лото, шашки, шахматы, в нарды и в карты. Женщины активно обсуждали, кто, что успел сделать по домашнему хозяйству когда «свет дали». Сообща решали, кто в очереди будет стоять,  кто детей в школу и в детский сад будет провожать или встречать. Помогали советами как быстро и эффективно все успеть. Ну а мужчины обсуждали, как найти подработку, ведь денег не хватало, заработную плату часто не выдавали месяцами. Обсуждали, как усовершенствовать печки для обогрева, сделать их более безопасными,  как найти топливо. Обсуждали и политическую ситуацию страны.



В центре каждого класса городских школ появлялись печки.  Печка в школе была отдельной забавой и развлечением. В классе назначались ежедневные дежурные, которые отвечали за то, чтобы печку бережно топили, и она не затухала. Появились импровизированные масляные печи, и ежедневно на класс выдавали определенное количество масла. Если  ребята сильно затопили печку, то до конца уроков в классе не возможно было сидеть.


У мамы класс находился на первом этаже и мальчишки часто проказничали и в выхлопную трубу печи, которая выходило в окно снаружи закидывали «бомбочки» - это обычные медицинские ампулы. К этим взрывам со временем все привыкли. Конечно, тех мальчишек всегда ругали и наказывали.


Моя прекрасная бабушка Кнарик Самсоновна Абелян, заслуженный учитель математики и экономики. Бабушка очень любила школу и заботилась обо всех детях.  Переживая за учащихся, она из дома перенесла в школу диванные коврики, чтобы дети не сидели на холодных партах. Бабушка заботилась о каждом ребенке. Конечно, те годы пошатнулось ее здоровье.


В школах распределялась гуманитарная помощь для детей. На каждого ребенка в месяц выделяли 1 кг молочного порошка и 30 штук витаминизированного печенья. Печенье, по воспоминаниям мамы,  было жесткое и не вкусное. Многие дети печенье не ели. Любимый эксперимент в школе – сжигать в печи печенья. А вот сухое молоко активно применяла бабушка Кнарик. В те годы она готовила пирог, и даже  придумала  название - «Независимость». Рецепт был авторский, как и у всех в те времена. Особенность рецепта заключалась в том, что «все из порошка»: молочный, яичный порошок, мука, сахарный песок и вода. Мама рассказывает, что сейчас никто такое есть не будет, но тогда это было лакомство для детей.


У городских жителей проблем с едой было больше, чем в деревнях. Правительство приняло решение выдавать хлеб по талонам. Ниже на фотографии показаны талоны на хлеб. Мама рассказывала, что ее семья состояла из 4 человек: дедушка Карлен, бабушка Кнарик, мама Анна и кери (дядя с маминой стороны) Айк. Каждому, ежедневно, выдавали талон на 250 гр. хлеба, т.е. 1 кг на ее семью. Но выданный им хлеб весил всего 600-700 гр. Никто не спорил, люди молча брали то, что давали. Да и качество хлеба было неважным, зеленоватого цвета. Говорят, тогда в Армении часто вспоминали Блокаду Ленинграда, и хлеб выпекали по ленинградской рецептуре.


На фотографии 3 видны талоны, которые иногда были не израсходованы, так как хлеба просто не хватало. А цифра на ладони – это номер в очереди за хлебом.



Очереди на хлеб были бесконечные. Приходилось вставать рано утром с 5-6 часов у магазина. Но это не значило, что хлеб получат все.


В квартире на улице Комитаса, где жила семья мамы, был удобный балкон, который выходил на сторону улицы с хлебным магазином. Мама говорила, что если кто-то стоял в очереди, то они по очереди выходили на балкон и смотрели на «своего» в очереди. Стоять приходилось часами, и если кто-то уставал или замерзал в очереди, то рукой подавали знак, и кто-то из семьи приходил на смену. В те времена не было мобильных телефонов.



В одной из таких очередей за хлебом в зимнее холодное утро стояли мамин дедушка Миша Осипов (по паспорту Мнацакан, а не Миша) и ее брат Айк. Дорога к магазину давно не ремонтировалась, и там образовались ямы. В тот день прадедушке Мише пришлось стоять в очереди в яме с лужей, так как с места нельзя было двигаться. Он внука (моего дядю Айка) держал крепко за руку, так как было темно, очередь длинная, легко можно было потеряется. В этот день хлеб им не достался. Но потом случилась беда с дедушкой - он сильно простудился и заработал гангрену. Спустя несколько лет болезнь забрала его жизнь. В те годы лечить практически было нечем, так как параллельно шла война в Арцахе (в Нагорном Карабахе) и  все медикаменты отправляли на фронт. Тяжелые были времена, теряли родственников, потери были у всех.


Сначала мама шутила, рассказывала школьные истории, а потом ее рассказ стал очень грустным и тяжелым.  Она уже не рассказывала, тема тяжелая…


В заключении хочу процитировать из статьи Александра Роджерса: «Произнесите в присутствии любого ереванца эту фразу — “темные годы”, и вы увидите, как исчезнет улыбка и по лицу пробежит мрачная тень. И есть отчего. За несколько лет - с 1992 по 1995 годы, Армения пережила никем не замеченный апокалипсис в масштабах отдельно взятой маленькой страны, агонию, в которой расставалась с предыдущей своей жизнью. Но тогда казалось - с жизнью вообще...».


Эта страшная история нашей страны, нашей семьи - страница нашей родословной, эту историю нельзя забыть. Мы должны знать и помнить исторические трагедии, чтобы подобное не повторилось.


[1] Фотографии и фрагменты текста взяты с сайта "Новости в фотографиях" - BigPicture.ru